![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
thagastan...расскажет
ПРИЛОЖЕНИЕ
К ДОКЛАДУ МОСКОВСКОЙ ГОРОДСКОЙ ДУМЫ № 273 ОТ 10 ИЮЛЯ 1915 г.
О ПРИЕМЕ ВЕРХОВНЫМ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИМ ВЕЛИКИМ КНЯЗЕМ НИКОЛАЕМ НИКОЛАЕВИЧЕМ ДЕПУТАЦИИ ОТ г. МОСКВЫ
К ДОКЛАДУ МОСКОВСКОЙ ГОРОДСКОЙ ДУМЫ № 273 ОТ 10 ИЮЛЯ 1915 г.
О ПРИЕМЕ ВЕРХОВНЫМ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИМ ВЕЛИКИМ КНЯЗЕМ НИКОЛАЕМ НИКОЛАЕВИЧЕМ ДЕПУТАЦИИ ОТ г. МОСКВЫ
№ 3729 18 июля 1915 г.
Поездка депутации Московского городского управления в Ставку Верховного главнокомандующего.
Городская дума в чрезвычайном собрании 29 мая с.г. единогласно постановила: поручить городскому голове приветствовать августейшего главнокомандующего и выразить ему твердую уверенность Москвы в конечной победе храброй русской армии, единодушную готовность приложить все усилия и принести все нужные жертвы к тому, чтобы облегчить ей победу над врагом.
В состав депутации, избранной городской думой для выполнения означенного приговора, вошли, кроме городского головы, также гласные Н.И. Гучков и М.М. Новиков.
На возбужденное городским головою ходатайство о разрешении депутации от г. Москвы прибыть в ставку великого князя последовало уведомление, что Верховный главнокомандующий, глубоко ценя внимание первопрестольной Москвы, сделает исключение для ее представителей и будет ожидать депутацию.
Ввиду невозможности для Н.И. Гучкова выехать в назначенное время, в поездке приняли участие лишь городской голова и гл[асный] М.М. Новиков.
Выехав из Москвы 4 июля, депутация в указанном составе прибыла к Ставке Верховного главнокомандующего утром 5 июля.
На автомобиле, присланном из ставки и ожидавшем депутацию у жел[езно]дор[ожного] вокзала, депутация проследовала в местоположение ставки.
По прибытии на место назначения, депутаты прошли в церковь, где совершалось богослужение в присутствии Верховного главнокомандующего.
По окончании богослужения депутация была принята великим князем.
Городской голова обратился с приветственным словом от г. Москвы, в котором отметил, что московские делегаты приветствуют его высочество, как верховного вождя боевой русской силы, а в лице его — и доблестную русскую армию, с великим самоотвержением отстаивающую достоинство, честь и славу России.
Затем городской голова в кратких чертах познакомил его высочество с деятельностью Московского городского управления по призрению раненых и с начавшейся деятельностью Москвы по снаряжению армии. Городской голова просил великого князя принять как благословение первопрестольной Москвы на окончательную победу древнюю икону, святой образ Архистратига Михаила.
Великий князь принял икону, приложился и сказал:
«Передайте Первопрестольной мою благодарность за святую икону, за это благословение, которое посылает мне и русской армии Москва. Армия чувствует свое единение с Родиной, и это единение особенно ярко проявляет Москва. Это, я верю, ускорит нашу окончательную победу, в которой здесь никто не сомневается».
На эти слова М.В. Челноков заявил, что и Москва полна уверенности в окончательной победе, т.к. Москва знает, что если не будет победы, то невозможна станет жизнь в Европе после выяснения истинной природы немецкой государственности.
После этого великий князь, пригласив М.В. Челнокова и М.М. Новикова сесть, некоторое время беседовал с ними, причем высказал удовольствие, что приезд представителей Москвы и принесение ими древней иконы пришлись на день празднования св. Сергия Радонежского, принимавшего горячее участие в святом деле устройства защиты Родины от нашествия татар.
Далее великий князь отметил, что русская армия все время совершает подвиги, которым нет равных в военной истории. Перед этими героями можно только преклоняться. «Я должен их награждать; не знаешь, кого награждать, не успеваешь: все — герои, все — выше похвал».
Великий князь интересовался урожаем, постановкой дела снабжения армии продуктами, отметил, что до сих пор продовольствие армии ни в чем не терпело недостатка, кроме овса, которого временами в некоторых местах бывало не вполне достаточно, и выразил надежду, что опыт первой кампании многому научил и теперь нужно ждать устранения и тех недостатков, которые замечались в прошлом.
М.В. Челноков в качестве главноуполномоченного Всероссийского союза городов передал великому князю привет от этой организации, заявил о готовности ее всеми силами помогать армии и сообщил, что на днях предполагается в Москве съезд Союза городов. Великий князь благодарил за выраженные чувства и разрешил М.В. Челнокову заявить на съезде его признательность союзу за его еятельность.
Затем представители Москвы были приглашены великим князем к завтраку, который был накрыт неподалеку от вагона в обширной палатке. По выходе из вагона великий князь представил прибывших брату своему великому князю Петру Николаевичу.
Завтрак был сервирован на маленьких столах, причем на одном из них, крайнем, заняли места: великий князь, ген[ерал] Янушкевич и протопресвитер армии и флота Шавельский. За соседним столом поместились московские депутаты и бывший проф[ессор] Военно-медицинской академии лейб-медик
Вельяминов. Кроме того, за завтраком присутствовали великий князь Пётр Николаевич, военные представители Англии, Бельгии, Японии и Сербии и чины штаба; всего завтракало человек сорок. Как и весь образ жизни в ставке, завтрак отличался простотой. Во время завтрака великий князь
неоднократно вступал в разговор с М.В. Челноковым и М.М. Новиковым, расспрашивая их о Москве и московской жизни.
После завтрака великий князь поблагодарил еще раз московских депутатов и просил их передать всем в Москве, что, вопреки распространяемым иногда о нем слухам, он совершенно здоров и бодр, как это видят и сами депутаты.
Затем великий князь покинул палатку, а у москвичей завязался разговор с генералами штаба. Тут же их познакомили с представителями союзных держав. Во время этого разговора в палатку возвратился великий князь Пётр Николаевич с сообщением, что икона, привезенная из Москвы, очень заинтересовала великого князя Николая Николаевича, который пожелал получить о ней, ее письме и древности более подробные справки. С иконы разговор в совершенно непринужденной форме перешел на художественные памятники старины вообще, а затем на различные стороны русской общественной и государственной жизни, а также на условия войны, причем отмечались как положительные, так и отрицательные стороны ее ведения.
По окончании беседы с великим князем московские депутаты направились еще раз к генералу Янушкевичу, которого просили: 1) принять более энергичные и быстрые меры к правильной эвакуации Риги и 2) урегулировать прохождение смет и предположений г. Москвы, Городского и Общеземского союзов в Петрограде. Генерал Янушкевич обещал принять как в том, так и другом деле все зависящие от него меры и, в крайнем случае, признал возможным командировать при прохождении смет своего представителя из ставки. На вопрос М.В. Челнокова и М.М. Новикова о том, каким образом им удобнее всего передать привет г. Москвы и иконы главнокомандующим армиями сев[еро]-зап[адных] и юго-зап[адных] фронтов, генералам Алексееву и Иванову, ген[ерал] Янушкевич заметил, что целесообразнее было бы оставить иконы для них в ставке, откуда они будут Верховным главнокомандующим переданы в ближайшем же времени.
В 4-м часу московские депутаты, оставив иконы для главнокомандующих фронтами у ген[ерала] Янушкевича, отбыли из ставки на автомобиле и в 8 ч того же 5 июля выехали с поездом обратно в Москву.
Городская дума в чрезвычайном собрании 29 мая с.г. единогласно постановила: поручить городскому голове приветствовать августейшего главнокомандующего и выразить ему твердую уверенность Москвы в конечной победе храброй русской армии, единодушную готовность приложить все усилия и принести все нужные жертвы к тому, чтобы облегчить ей победу над врагом.
В состав депутации, избранной городской думой для выполнения означенного приговора, вошли, кроме городского головы, также гласные Н.И. Гучков и М.М. Новиков.
На возбужденное городским головою ходатайство о разрешении депутации от г. Москвы прибыть в ставку великого князя последовало уведомление, что Верховный главнокомандующий, глубоко ценя внимание первопрестольной Москвы, сделает исключение для ее представителей и будет ожидать депутацию.
Ввиду невозможности для Н.И. Гучкова выехать в назначенное время, в поездке приняли участие лишь городской голова и гл[асный] М.М. Новиков.
Выехав из Москвы 4 июля, депутация в указанном составе прибыла к Ставке Верховного главнокомандующего утром 5 июля.
На автомобиле, присланном из ставки и ожидавшем депутацию у жел[езно]дор[ожного] вокзала, депутация проследовала в местоположение ставки.
По прибытии на место назначения, депутаты прошли в церковь, где совершалось богослужение в присутствии Верховного главнокомандующего.
По окончании богослужения депутация была принята великим князем.
Городской голова обратился с приветственным словом от г. Москвы, в котором отметил, что московские делегаты приветствуют его высочество, как верховного вождя боевой русской силы, а в лице его — и доблестную русскую армию, с великим самоотвержением отстаивающую достоинство, честь и славу России.
Затем городской голова в кратких чертах познакомил его высочество с деятельностью Московского городского управления по призрению раненых и с начавшейся деятельностью Москвы по снаряжению армии. Городской голова просил великого князя принять как благословение первопрестольной Москвы на окончательную победу древнюю икону, святой образ Архистратига Михаила.
Великий князь принял икону, приложился и сказал:
«Передайте Первопрестольной мою благодарность за святую икону, за это благословение, которое посылает мне и русской армии Москва. Армия чувствует свое единение с Родиной, и это единение особенно ярко проявляет Москва. Это, я верю, ускорит нашу окончательную победу, в которой здесь никто не сомневается».
На эти слова М.В. Челноков заявил, что и Москва полна уверенности в окончательной победе, т.к. Москва знает, что если не будет победы, то невозможна станет жизнь в Европе после выяснения истинной природы немецкой государственности.
После этого великий князь, пригласив М.В. Челнокова и М.М. Новикова сесть, некоторое время беседовал с ними, причем высказал удовольствие, что приезд представителей Москвы и принесение ими древней иконы пришлись на день празднования св. Сергия Радонежского, принимавшего горячее участие в святом деле устройства защиты Родины от нашествия татар.
Далее великий князь отметил, что русская армия все время совершает подвиги, которым нет равных в военной истории. Перед этими героями можно только преклоняться. «Я должен их награждать; не знаешь, кого награждать, не успеваешь: все — герои, все — выше похвал».
Великий князь интересовался урожаем, постановкой дела снабжения армии продуктами, отметил, что до сих пор продовольствие армии ни в чем не терпело недостатка, кроме овса, которого временами в некоторых местах бывало не вполне достаточно, и выразил надежду, что опыт первой кампании многому научил и теперь нужно ждать устранения и тех недостатков, которые замечались в прошлом.
М.В. Челноков в качестве главноуполномоченного Всероссийского союза городов передал великому князю привет от этой организации, заявил о готовности ее всеми силами помогать армии и сообщил, что на днях предполагается в Москве съезд Союза городов. Великий князь благодарил за выраженные чувства и разрешил М.В. Челнокову заявить на съезде его признательность союзу за его еятельность.
Затем представители Москвы были приглашены великим князем к завтраку, который был накрыт неподалеку от вагона в обширной палатке. По выходе из вагона великий князь представил прибывших брату своему великому князю Петру Николаевичу.
Завтрак был сервирован на маленьких столах, причем на одном из них, крайнем, заняли места: великий князь, ген[ерал] Янушкевич и протопресвитер армии и флота Шавельский. За соседним столом поместились московские депутаты и бывший проф[ессор] Военно-медицинской академии лейб-медик
Вельяминов. Кроме того, за завтраком присутствовали великий князь Пётр Николаевич, военные представители Англии, Бельгии, Японии и Сербии и чины штаба; всего завтракало человек сорок. Как и весь образ жизни в ставке, завтрак отличался простотой. Во время завтрака великий князь
неоднократно вступал в разговор с М.В. Челноковым и М.М. Новиковым, расспрашивая их о Москве и московской жизни.
После завтрака великий князь поблагодарил еще раз московских депутатов и просил их передать всем в Москве, что, вопреки распространяемым иногда о нем слухам, он совершенно здоров и бодр, как это видят и сами депутаты.
Затем великий князь покинул палатку, а у москвичей завязался разговор с генералами штаба. Тут же их познакомили с представителями союзных держав. Во время этого разговора в палатку возвратился великий князь Пётр Николаевич с сообщением, что икона, привезенная из Москвы, очень заинтересовала великого князя Николая Николаевича, который пожелал получить о ней, ее письме и древности более подробные справки. С иконы разговор в совершенно непринужденной форме перешел на художественные памятники старины вообще, а затем на различные стороны русской общественной и государственной жизни, а также на условия войны, причем отмечались как положительные, так и отрицательные стороны ее ведения.
По окончании беседы с великим князем московские депутаты направились еще раз к генералу Янушкевичу, которого просили: 1) принять более энергичные и быстрые меры к правильной эвакуации Риги и 2) урегулировать прохождение смет и предположений г. Москвы, Городского и Общеземского союзов в Петрограде. Генерал Янушкевич обещал принять как в том, так и другом деле все зависящие от него меры и, в крайнем случае, признал возможным командировать при прохождении смет своего представителя из ставки. На вопрос М.В. Челнокова и М.М. Новикова о том, каким образом им удобнее всего передать привет г. Москвы и иконы главнокомандующим армиями сев[еро]-зап[адных] и юго-зап[адных] фронтов, генералам Алексееву и Иванову, ген[ерал] Янушкевич заметил, что целесообразнее было бы оставить иконы для них в ставке, откуда они будут Верховным главнокомандующим переданы в ближайшем же времени.
В 4-м часу московские депутаты, оставив иконы для главнокомандующих фронтами у ген[ерала] Янушкевича, отбыли из ставки на автомобиле и в 8 ч того же 5 июля выехали с поездом обратно в Москву.
Штамп на 1-м листе документа, вверху: «Со стороны Министерства императорского двора не встречается препятствий к напечатанию. За начальника канцелярии Министерства императорского двора».
(ЦГА Москвы. Ф. 179. Оп. 3. Д. 1317. Л. 19—20 об. Копия. Машинопись. Заверена печатью канцелярии Министерства императорского двора. Цит. по: Москва в годы Первой мировой войны. 1914—1917 гг.: Документы и материалы, М., 2014, С. 163-166)Светские развлечения москвичей и Великого князя предварял Горлицкий прорыв...
